Обычный
Крупный
Очень крупный
A
A
A

Интервью / 2 мар. 2018 г.

«Дело не в значке, а в том, сколько жизней ты в конечном счете спас»

Главный врач Центра крови имени О.К. Гаврилова ДЗМ Ольга Андреевна Майорова – о том, как устроена столичная служба крови, какие компоненты крови являются наиболее востребованными и как начинающему донору организовать процесс с максимальным комфортом для себя и пользой для города.

Хватает ли сейчас в Москве донорской крови?

К счастью, дефицита крови и ее компонентов в городе не наблюдается. Трудности могут возникнуть только с подбором крови для пациентов с редкими фенотипами и антителами – но и эту проблему мы по мере сил решаем, создавая специальные запасы. Подбор компонентов крови для реципиентов ведется как минимум по десяти, а чаще по двадцати-тридцати различным показателям. Это довольно сложный и трудоемкий процесс, иногда бывает трудно подобрать подходящий материал.

Наверное, для таких сложных пациентов можно найти донора среди родственников?

На самом деле, существуют строгие противопоказания против использования родственной донорской крови. В части случаев у больных могут возникать иммунологические реакции, особенно с гематологическими заболеваниями. Мы стараемся всегда найти для таких пациентов донора не из числа родственников. А вот родственников, если они к этому готовы, мы с радостью привлекаем для ответной донации: кто-то помог вам, а вы помогите другим. Это не более, чем форма осознанной благодарности.

Действительно, в Москве есть несколько очень сложных пациентов, чьи имена мы знаем по памяти: им нужна особая, редкая кровь. Как правило, для них мы держим особый запас донорской крови со специальной пометкой: это избавляет нас от необходимости в острый момент искать доноров по базе данных и вызванивать их, прося срочно сдать компоненты крови.

А какого типа крови обычно не хватает?

В городе наблюдается повышенная потребность в компонентах крови отрицательного резуса: число доноров с отрицательным резусом снижается год от года. Почему это происходит? Возможно, влияют миграционные факторы: известно, что у представителей народов Азии отрицательный резус встречается крайне редко. Также мы отмечаем, что в последнее время даже у молодых доноров раньше начинаются проблемы со здоровьем, а среди наших доноров преобладают граждане старше 40 лет. Так что, найти здорового донора становится все сложнее.

В какие сезоны донорская кровь бывает больше всего нужна?

Как правило, риск дефицита крови и ее компонентов в Москве возникает в новогодние каникулы, а также в летний период. Причина тут вовсе не в том, что учащается число острых травм: просто доноры уезжают из города. С новогодними праздниками мы научились справляться: заранее создаем запасы крови. Кроме того, мы продолжаем работать в праздники: у всей страны новогодние каникулы длятся 10 дней, а у нас – не более 5 дней. С летними каникулами дело обстоит сложнее: они более затяжные, объем донорской активности существенно снижается. В небольших городах вполне возможно запастись заранее кровью и ее компонентами, но в масштабах Москвы, с ее огромными потребностями, это практически невозможно. К тому же, некоторые компоненты крови имеют короткий срок хранения – например, тромбоциты практически не подлежат замораживанию и хранятся не дольше 5 дней. Сделать полноценный запас невозможно.

Какие компоненты крови удается сохранить на более длительный срок – и каким способом?

У каждого компонента крови свой режим хранения. Тромбоциты, как я уже говорила, очень уязвимы и плохо поддаются замораживанию. Хранятся при температуре 20-25 градусов, при условии непрерывного помешивания – для этого используются специальные аппараты, тромбомиксеры с термостатом. К счастью, этими аппаратами наша служба снабжена хорошо. Эритроциты крови хранятся при температуре +4 градуса – то есть, в условиях обычного фармацевтического холодильника. Срок хранения – от 35 до 52 дней, в среднем 42 дня. Замораживаются эффективно: в нашем центре и нескольких отделениях переливания крови есть необходимый запас криаконсервированных эритроцитов. Что касается лейкоцитов крови, то донорство этих элементов – не наша прерогатива. Это крайне трудоемкий процесс, которым в Москве занимается только одна организация – национальный медицинский исследовательский центр детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Д. Рогачева. Срок жизни лейкоцитов – всего несколько часов, их применяют в основном при тяжелых формах грибкового сепсиса, к тому же процесс донации требует серьезной подготовки, и сдают их, как правило, только кадровые доноры.

В работе нашей службы самый сложный для получения компонент крови – плазма. Она отлично замораживается, и срок ее хранения в замороженном виде составляет 3 года, однако, в отличие от эритроцитов и тромбоцитов, она не может быть сразу выдана в городские больницы. Чтобы использовать плазму, необходимо провести повторное обследование донора спустя 6 месяцев после сдачи. Это называется карантинизацией: пока не убедимся, что донор здоров, мы не имеем права передавать плазму в медицинские организации.

А что происходит с собранной плазмой, если донор по какой-то причине не явился на дополнительное обследование после карантинизации?

В такой ситуации есть способ обезопасить плазму – для этого нужно провести определенную химическую обработку. В результате мы получаем патоген-инактивированную плазму, которая может быть использована в лечебных целях. Однако этот процесс связан, во-первых, со значительными финансовыми затратами, а во-вторых – с некоторыми потерями свойств плазмы. Лучше всего, если донор все-таки найдет возможность прийти на обследование. А вот компоненты донорской крови, эритроциты и тромбоциты, сразу после тестирования отправляются в медицинскую сеть: проводимых анализов достаточно, чтобы быть уверенными в качестве крови.

Какие компоненты крови сейчас наиболее востребованы?

В последние годы в мировой медицине наблюдается общая тенденция: растет потребление эритроцитов, а потребление плазмы падает. Это связано с новыми тенденциями трансфузиологии, новыми аспектами и технологиями лечения гематологических и онкологических заболеваний. Таким образом, сейчас нам чаще приходится возмещать форменные элементы крови, чем плазму. В городе даже возникает избыток плазмы – но, к счастью, снижение потребления нивелируется длительным сроком хранения. Плазма крови – слишком ценный материал, чтобы его списывать: накопленные излишки будут использованы для производства лекарственных препаратов.

Можно ли сказать, что московская станция переливания крови достаточно оснащена технически, чтобы выполнять все поставленные перед ней задачи?

Безусловно. Наша станция оснащена по самому высокому стандарту – и более того, для нас модернизация никогда не прекращалась. Можно сказать, мы получили самое современное оборудование с некоторым опережением, когда запрос на новые способы донации был на стадии формирования. Сегодня у нас есть все, что нужно для снабжения медицинской сети кровью и ее компонентами.

Мы поговорили о компонентах крови – а сдается ли сейчас цельная кровь для переливаний?

Сейчас цельная кровь переливается больным только в особых случаях. Хотя это не запрещено законом, но медицине уже хорошо известны риски развития посттрансфузионных осложнений при переливании цельной крови. Поэтому 99,9% собранной цельной крови подлежит обработке и разделению на компоненты – именно так мы получаем эритроциты.

А есть ли отличия при донации различных компонентов крови? Ощущает ли их на себе донор?

Для каждого компонента предусмотрены разные алгоритмы забора. Донорам привычнее всего донация цельной крови: многие впервые проходили ее централизованно, в вузах и на предприятиях. Это самый простой вид донации, он не требует никаких специальных приспособлений, может быть проведен и в выездных условиях. Сейчас таким способом сдается кровь на эритроциты. А вот плазму и тромбоциты доноры сдают при помощи аферезных технологий, только в условиях стационара – либо в нашем центре крови, либо в одном из отделений. Процесс сдачи плазмы и тромбоцитов гораздо более длительный: цельную кровь донор сдает за 10 минут, плазму – за 40 минут, а тромбоциты – до полутора часов.

Кто принимает решение о том, какие именно компоненты крови будет сдавать донор?

Решение принимает врач-трансфузиолог во время приема и освидетельствования донора. Однако каждый донор имеет право высказать свои пожелания и опасения. Например, некоторым очень сложно в течение полутора часов находиться в одном и том же положении – значит, сдавать тромбоциты ему будет тяжело. Как правило, опытные кадровые доноры склоняются к какому-то определенному виду донации: наши специалисты этому никак не препятствуют. А вот в первый раз сдается только цельная кровь. Мы должны увидеть, как донор перенесет потерю крови, затем выяснить инфекционный статус донора, и только после этого он получит возможность выбирать.

Инфекционный статус донора выясняется именно в процессе донации – почему не заранее?

Раньше, действительно, была распространена практика брать у донора анализ крови за 1-2 дня до донации. Опасность в том, что за день-два до сдачи крови донор может быть носителем инфекции: вирусный агент находится у него в крови, однако маркеры инфекционных заболеваний этого не покажут. Так мы рискуем направить в город потенциально зараженную кровь.При нынешней практике мы гарантированно собираем у доноров только здоровую кровь и ее компоненты. Да, часть крови будет выбракована по итогам анализов на инфекции, но обычно это не более 1 процента всех случаев.

То есть, выбраковано бывает не более 1 процента донорской крови?

Наличие инфекции – далеко не единственная причина, по которой кровь может быть выбракована. Другие причины – недостаток белка в крови, нарушение герметичности, отклонения в тех или иных биохимических показателях. В общей сложности, до 5% всей донорской крови бывает забраковано. Во всех странах мира этот показатель примерно одинаков: науке пока неизвестен способ значительно снизить процент брака донорской крови.

К счастью, нам часто удается выявить наличие у донора инфекции на этапе регистрации: тогда он просто не будет допущен к донации, и кровь не придется выбраковывать.

Изменились ли за последние годы медицинские противопоказания для донорства? Появляются ли новые основания для медотвода?

Все противопоказания для донорства регламентированы Приказом министерства здравоохранения РФ №364 «Об утверждении порядка медицинского обследования донора крови и ее компонентов». Этому приказу уже много лет, но он не нуждается в изменениях: наша сфера деятельности достаточно консервативна, а положения приказа сформулированы вполне универсально.

Да, сейчас в общемировой практике есть тенденция к смягчению противопоказаний для донорства крови. Это вполне обоснованно: год от года все сложнее найти абсолютно здоровых доноров. Наиболее строгими противопоказаниями до сих пор остаются тяжелые соматические заболевания, наличие в анамнезе онкологических заболеваний, а также гепатит, ВИЧ, сифилис. А вот неврологические заболевания, например, сейчас уже не считаются таким уж строгим противопоказанием: все зависит от проявлений и степени тяжести заболевания. Это касается и других особенностей организма донора. Раньше строгим противопоказанием было, например, наличие пирсинга или татуировок; в настоящий момент мы ищем возможность обследовать донора и, если не будет выявлено опасных признаков, он будет допущен к донации.

Что делать, если в ходе обследования потенциального донора врачом-трансфузиологом возникают спорные моменты?

Если во время освидетельствования выявляется противоречие между информацией, которую дает о себе донор, и мнением врача-трансфузиолога, решение о донорстве будет ненадолго отложено, а потенциальному донору выдадут направление на дополнительные обследования. Например, если трансфузиолог видит у донора послеоперационный шрам, он должен направить его на консультацию к хирургу. Хирург даст свое заключение, которое поможет трансфузиологу принять итоговое решение. Пусть это достаточно сложная схема, но порой совершенно безобидные, казалось бы, состояния могут представлять угрозу как для самого донора, так и для всех реципиентов крови.

Как доноры обычно относятся к тому, что им отказывают в донации?

Как правило, наши сотрудники готовы подробно и аргументированно объяснить донору, почему в его отношении было принято такое решение. Чаще всего, доноры соглашаются с нашим решением. К тому же, каждый подобный прецедент становится поводом для детального самообследования – в результате, может быть выявлено серьезное заболевание.

А что происходит, если анализ донора, сделанный в вашем центре, оказывается действительно тревожным? Вы сообщаете донору о том, что нашли в его анализах что-то серьезное?

Да, безусловно, причем мы сообщаем подобные новости только лично – но обязательно сообщаем. Поэтому так важно, чтобы все наши доноры оставляли в анкете свои актуальные контактные данные!

Если анализ донора вызывает беспокойство, мы приглашаем его в наш центр в частном порядке и проводим личную, приватную беседу. Исключение составляет только тот случай, когда мы получаем положительный анализ на ВИЧ. В этой ситуации мы обязаны отправить образец крови в МГЦ СПИД для верификации – и, соответственно, с донором будут общаться сотрудники МГЦ. Нередки случаи, когда мы получаем и ложноположительные результаты. Например, случается, что у донора-женщины выявляется ложноположительная реакция на сифилис, и связано это с ранним сроком беременности.

Что делать, если ваши анализы дали положительный результат? Сможет ли человек снова стать донором после того, как пройдет курс лечения?

Существует четкий алгоритм восстановления в донорстве – если речь не идет об абсолютных противопоказаниях. Чаще всего, это вопрос повторного анализа после определенного срока – и после этого вы снова можете сдавать кровь.

Правда ли, что при первой сдаче крови донор не может получить за нее плату?

Да, совершенно верно. Первая донация – если ранее человек нигде и никогда не был зарегистрирован как донор – всегда бесплатная. Далее, донор может пойти по одному из двух путей, предусмотренных системой московского здравоохранения. Первый путь – платное донорство, регламентированное приказами и законом. Чтобы стать платным донором, требуется пройти довольно обширное обследование. Как правило, платными донорами становятся носители редкого фенотипа или доноры с отрицательным резусом. Обычно кровь этих доноров чрезвычайно важна, мы даже лично просим их время от времени прийти и сдать кровь.

Второй вид донорства – с использованием мер социальной поддержки населения. Этот процесс урегулирован Постановлением №51 Правительства Москвы: начиная со второй донации донор с любой группой крови, даже самой распространенной, может воспользоваться всеми мерами поддержки, получить их в том отделении, где он сдавал кровь – в день донации или по накопительной системе.

Правда ли, что вы кормите доноров перед донацией и после нее?

Перед донацией мы даем каждому донору сладкий чай с печеньем. Эта процедура не закреплена законодательно, однако она имеет давнюю историю и большое значение: ее главная задача – не накормить, а расслабить, успокоить донора. После стакана сладкого чая сдача крови переносится гораздо легче. После донации донору, действительно, полагается восполнить ресурсы организма, но мы не кормим, а только обеспечиваем компенсацию за питание. Это гораздо удобнее, так как, во-первых, у каждого донора свои вкусы и своя диета, а во-вторых – выдаваемый набор продуктов питания был бы достаточно громоздким.

Правда ли, что иногда служба крови может отказать пришедшему донору в донации не по медицинским показаниям, а просто потому что такая кровь у вас есть в избытке?

Случаи подобного отказа достаточно редки, но, действительно, иногда бывает, что в данном конкретном отделении какая-то группа крови имеется в избытке. Я бы посоветовала донорам внимательно следить за «светофором» на сайте нашего центра и службы крови ФМБА России. Зеленый цвет – значит, такой крови в данном отделении много. Желтый – может скоро закончиться. Красный – очень нужна именно такая кровь. Вы можете подобрать такое отделение, где именно вашу кровь примут с распростертым объятиями.

Правда ли, что иногда донору приходится отстоять длинную очередь, прежде чем он сможет сдать кровь?

Да, такое бывает: наш центр работает в том числе и по выходным, а очень многие москвичи могут сдавать кровь только в выходные. Но на самом деле, долго ждать придется только тем донорам, которые пришли на сдачу в порядке живой очереди. Те, кто воспользовались системой предварительной записи, ждут намного меньше.

Если вы собираетесь сдать кровь, сколько времени нужно заложить на весь процесс?

Приготовьтесь к тому, что, с учетом всех формальностей, процесс сдачи крови займет не менее четырех часов. Во-первых, донору требуется время, чтобы заполнить подробную анкету, выбрать меру социальной поддержки, пройти освидетельствование, подготовиться к донации. Во-вторых, даже если вы всегда легко переносили донацию, стоит заложить немного времени на непредвиденные реакции, легкое недомогание и т.д. Донорам, сдающим тромбоциты и плазму, дается медицинская справка, которая позволит ему не прийти на работу в день донации.

Мы знаем, что для многих граждан важно получить звание почетного донора Москвы, а также почетного донора России. Всегда ли представление к награде происходит в торжественной обстановке?

По установленному порядку, звание почетного донора действительно присуждается в торжественной обстановке. Однако здесь все зависит от желания самого донора. Часто нас просят о том, чтобы все формальности были улажены как можно скорее, чтобы можно было получить на руки свидетельство и не тратить время на церемонию. Есть и другие – те, кому требуется официальное признание. Для таких доноров мы обязательно организуем торжественную церемонию награждения званием. Мне кажется, независимо от выбранного стиля, почет донора никак не умаляется: дело ведь не в том, кто и в какой комнате вручил тебе награду и значок. Дело в том, сколько жизней ты в конечном счете спас.

Вход в систему

Чтобы оставлять комментарии, Вам
необходимо войти в личный кабинет.

Расширенное меню

Отзыв о работе сайта

Отзывы собираются анонимно и предназначены для поиска ошибок на сайте. Ответы на отзывы не предусмотрены.

Для обращения в Департамент здравоохранения:
http://dzdrav.mos.ru/contacts/reception/

Спасибо!